Применим ли европейский опыт адаптации мигрантов в России

На прошлой неделе в столице Южного Урала состоялось международное обсуждение проблем адаптации молодых мигрантов из стран Центральной Азии в российской социокультурной среде. Его организаторами стали фонд «Евразийское содружество», Центр народного единства Челябинска и студенческое молодежное движение «Евразийский экспресс: Россия – Казахстан – Таджикистан». О передовом опыте интеграции мигрантов и лучших российских практиках фонд «Евразийское содружество» беседует с одним из организаторов дискуссии, директором Центра народного единства, заместителем председателя Ассамблеи народов Челябинской области Сергеем Бредихиным.

Сергей Сергеевич, насколько значима тема адаптации мигрантов для нашей страны?

- Безусловно, важна. Несмотря на ужесточение законодательства в сфере контроля над миграционными процессами и общее ухудшение экономического климата приток мигрантов в нашу страну сохраняется. Так, в 2016 году количество мигрантов составило рекордную за 15 лет цифру в 11 729 человек.  Параллельно существует и поток нелегалов, который трудно поддается оценке, но, согласно экспертным данным,составляет, к примеру только для Челябинской области, от 30 до 45 тысяч человек в год.

Все это, без сомнения, оказывает сильное влияние на перераспределение национального состава населения и состояние межнациональных отношений. Например, по данным Челябинскстата, в период между 2002 и 2010 годами на Южном Урале более чем в два раза возросла численность киргизов и узбеков, на 44% – таджиков и на 8% – армян. Одновременно сократилась численность коренных для региона национальных групп – русских, татар и башкир.

Как относится к миграционной политике страны население?

- Как правило, и это весьма тревожная тенденция, население не слишком позитивно воспринимает ситуацию в миграционной сфере. Так, согласно результатам опроса, проведенного специалистами Центра народного единства г. Челябинска, который я возглавляю, лишь 2% респондентов назвали отличной проводимую государством миграционную политику, в то время как более 40% оценили ее как недостаточно эффективную.

Каковы глубинные проблемы адаптации мигрантов?

- Этот вопрос признается сегодня экспертами одной из глобальных проблем современности, затрагивающей большинство стран мира. И не случайно. Массированное вторжение чуждой культуры ставит перед принимающими странами целый комплекс как фундаментальных, так и вполне конкретных практических вопросов. При этом особенностью западного опыта является то, что все программы адаптации мигрантов основаны на устоявшихся демократических принципах и идеологии мультикультурализма.

Отмечу, что к числу безусловных приоритетов интеграционной политики европейских государств относятся трудоустройство и язык. Европейцы исходят из постулата, что приезжему достаточно иметь стабильную, оплачиваемую работу и неплохо знать язык принимающей страны, чтобы вопрос об интеграции потерял свою остроту.

При этом программы адаптации мигрантов вырабатываются, координируются и финансируются, как правило, на общегосударственном уровне. Однако в последние годы стала заметна децентрализация, когда ответственность делегируется на уровень муниципалитетов. Это объясняется подвижностью миграционных процессов, которые трудно контролировать из одного центра. Кроме того, опыт одного региона может в корне отличаться от опыта другого.

sergey bredihin

Россия учитывает европейский опыт работы с мигрантами?

- В определенной мере да. Наиболее релевантными для нашей страны являются, без сомнения, практики Евросоюза. Именно европейские страны сталкиваются сегодня с мощным миграционным потоком, имеющим значительные социокультурные отличия. При этом хочу заметить, что все эффективные практики можно условно разделить на те, что разрабатываются и финансируются напрямую госорганами, и те, что реализуются некоммерческими организациями при грантовой и субсидиарной поддержке государства. Причем последние зачастую оказываются более мобильнымии действенными, так как им чужды бюрократия и формализм.

Какие европейские практики адаптации мигрантов Вы бы выделили как особо эффективные?

- Вообще, европейский опыт очень интересен. Я бы подчеркнул прежде всего наличие государственных программ адаптации и интеграции по трем основным направлениям. К первому направлению относятся языковые и «ориентационные» курсы, называемые курсами гражданской интеграции. Их объем – около 500 часов, большинство которых занимает изучение языка, а остальное время уходит на приобретение базовых знаний о стране. Сюда входит ознакомление с государственным устройством и правовой системой, с национальной историей, с работой государственных институтов, транспорта и т.д.

Вторым важным направлением является работа горячих линий call centers, доступных на нескольких языках в течение дня, а иногда и круглосуточно. Кроме того, издаются «настольные книги» мигранта. В них кратко изложены основные сведения о стране иприведена жизненно необходимая информация – от адресов госучреждений до номеров телефонов организаций, занимающихся обустройством мигрантов.

В-третьих, действует система социокультурной медиации. На уровне государства и общества работают структуры, опосредующие взаимодействие мигрантов с принимающей страной. Действуют организации, предоставляющие переводческую помощь, сопровождающие женщин при посещении врача, занимающиеся решением повседневных проблем новоприбывших в области трудоустройства, устройства детей в школу, поиска жилья и т.д.

Правильно ли я понимаю, что именно некоммерческие организации играют в Европе ведущую роль в решении проблем адаптации мигрантов?

- Они играют очень значительную роль. Их усилиями разработан целый массив мероприятий. Приведу лишь некоторые примеры. В Германии и ряде других стран журналистам и общественным деятелям ежегодно вручается премия за заслуги в «поощрение многообразия». Премия носит как общенациональный, так и региональный и муниципальный характер, а ее учредителями выступают госструктуры и частный бизнес. С 2008 года вручается также премия европейского уровня«За достижения в поощрении интеграции и многообразия».

Во многих странах действуют СМИ, адресованные мигрантской аудитории и сфокусированные на ее тематике. Они системно раскрывают тему культурного разнообразия современного общества. Практикуются семейные чаепития – неформальные встречи семей, живущих по соседству в доме, дворе, микрорайоне. Их цель – укрепление доверия между местным и новоприбывшем населением. Причем вариантов совместных событийных акций много. Эффективны, к примеру, локальные спортивные фестивали, коллективные спортивные игры, не требующие дорогостоящей экипировки – футбол, волейбол, баскетбол.

Активистами Копенгагена в 2010 году был впервые реализован проект «Живые библиотеки». «Книгой» в нем выступают мигранты, роль «библиотекарей» играют волонтеры, организующие выступление, а «читателями» – все, кто пришел на встречу. Успех «живых библиотек» оказался феноменальным, и практика быстро нашла подражателей далеко за пределами Дании.

Барселона дала начало успешному проекту под названием «Социальный театр». В труппу театра набрали 40 человек разных национальностей, большей частью из азиатских стран. Сыгранный ими спектакль стал результатом репетиций, во время которых актеры делились друг с другом своими проблемами и обменивались культурным опытом. Тем самым, и репетиции, и сам спектакль стали площадкой для интеркультурного диалога.

Популярной практикой, существующей уже четверть века, стали дни этнической кухни и фестивали национальной еды, когда при поддержке городских властей и частных спонсоров на вместительной городской площадке возникает гигантская кухня, состоящая из разных национальных сегментов.

Свою эффективность в преодолении мигрантофобии доказали компьютерные игры. Школьникам средних классов предлагаютв компьютерной игре пройти путь мигранта – от бегства из страны, в которой он родился, до прибытия в страну, в которой живет сейчас, причем в основе сюжета лежат биографии конкретных людей. Проживая реальную историю, ребята начинают с пониманием относиться к своим сверстникам из мигрантских семей.

Насколько сложно мигрантам адаптироваться к новым реалиям?

- Без преувеличения сложно. Такие элементарные вещи, как пользование банкоматом, электронными транспортными картами и пр. непривычны для приезжих. Поэтому работники государственных служб и активисты некоммерческих организаций много внимания уделяют формированию новых социальных компетенций мигрантов. Практически во всех крупных городах Европы частью курсов по гражданской интеграции является несколько часов поездок по городу в сопровождении гида. Во время таких поездок мигранты приобретают базовые навыки жизни в магаполисе: как купить билет на метро, как расплатиться банковской картой в супермаркете и т.д.

Вместе с тем, хочу подчеркнуть, что каковы бы ни были конкретные мероприятия, их суть во всем мире одна. Она заключается в создании коммуникационного пространства, позволяющего сократить дистанцию между местным и приезжим населением.

А как решается этот вопрос в нашей стране?

- Было бы большим заблуждением думать, что можно механистически применить наработанный Европой опыт, и все проблемы будут решены. Все гораздо сложнее, ибо Россия существенно отличается от своих соседей ипо характеру иммиграции и по отношению общества к ней.

Во-первых, в России в среде мигрантов наблюдается выраженное превалирование выходцев из постсоветских стран. В социокультурном плане они пока еще почти не отличаются от россиян или же отличаются незначительно. Одновременно в среде мигрантов увеличивается количество молодежи, выросшей в условиях «нового мира». Они плохо знают русский язык, а порой и вовсе им не владеют. Поэтому усилия чиновников должны быть, на мой взгляд, направлены на то, чтобы помочь молодых людям преодолеть языковой барьер, а также оградить их от сверхэксплуатации и злоупотреблений в жилищной сфере.

Во-вторых, в России налицо сравнительно недавний характер миграции с целью расселения и преобладание временной миграции над постоянной. Большая часть российских трудовых мигрантов – люди, которые приезжают на работу на определенный срок, после чего возвращаются обратно.

В-третьих, в России сохраняется не вполне либеральная политическая культура и некоторая невнятность позиции государства по мигрантской тематике. К примеру, более половины россиян считает, что мигранты отбирают у местных жителей рабочие места, а чуть менее половины уверены, что они еще вдобавок и разрушают российскую культуру. Причем институционального противодействия доминирующей негативной установке в отношении мигрантов на государственном уровне нет, как нет политических и общественных организаций, противостоящих антимиграционным настроениям.

Добавляет масла в огонь и  еще более усложняет жизнь мигрантов принятый в стране авторитарно-бюрократический стиль управления, чрезмерная централизация принятия решений и слабость локальных структур власти.

Означает ли это, что использование европейского опыта в нашей стране невозможно?

- Я бы сказал немного мягче – это проблематично в связи с наличием выраженной национальной специфики, которая может сделать неприменимыми некоторые наработки и существенно исказить их. Как следствие, любой западноевропейский опыт в решении миграционного вопроса должен сопровождаться грамотной экспертной оценкой и глубоким пониманием возможных последствий и издержек.

Как должна быть выстроена система адаптации и интеграции мигрантов в нашей стране? Каковы ее стратегические ориентиры?

- Во-первых, необходимо создание системы общественных посредников – некоммерческих организаций, которые возьмут на себя решение значительной части проблем мигрантов. Они могут помогать им в изучении русского языка, осуществлять волонтерское сопровождение, нивелировать анти-эмигрантские настроения в обществе и делать многие другие важные дела.

Во-вторых, важно оздоровление трудовых отношений и выведение экономики из «серой зоны». По сути, проблема упирается в необходимость принятия единой федеральной программы по решению миграционного вопроса, основанной на продуманных принципах. Российское общество должно понять и объяснить, прежде всего, самому себе, кто для него мигранты, зачем они и что надо сделать, чтобы они стали по-настоящему ценным ресурсом.

В-третьих, важно создать надежную систему правовой защиты мигрантов, которая позволит бороться с их правовым нигилизмом и рабством. И здесь не обойтись без формирования у мигрантов положительного «образа принимающего общества». Мигранты должны четко понимать, какие социокультурные нормы действуют в России, как функционирует государственная система, каким образом можно решить тот или иной вопрос. А для этого, в свою очередь, необходима пропагандистская работа – горячие линии, публикации в СМИ и т.п.

В-четвертых, необходимо создание системы комплексного сопровождения мигрантов. Она должна работать на уровне муниципалитетов, быть централизованной, иметь координаторов с широкими полномочиями и использовать различных специалистов – чиновников, юристов, психологов, культурологов, социологов, религиоведов, бизнесменов.

Важным, на мой взгляд, является также перестройка системы образования в соответствии с изменяющимися демографическими реалиями и учетом социокультурных особенностей учащихся.

И напоследок: является ли миграция угрозой для современного общества?

- Нет, никоим образом. Хочу подчеркнуть, что ее важно рассматривать не как угрозу, а как ресурс, который может и должен позитивно отражаться на принимающей стране. Это ключевая, я бы даже сказал, идеологическая позиция. Ведь мигранты, с одной стороны, являются «инвесторами», вкладывающими свой труд в российское общество, а с другой, могут выступать в роли «объектов инвестиции», поскольку, вкладывая деньги в их образование, Россия получает уникальный шанс обрести в итоге не только высококвалифицированных специалистов, но и агентов влияния на постсоветском пространстве.

Отмечу, что при таком подходе особенно важным становится формирование толерантного климата в стране в целом и конструктивного, доброго отношения к этнокультурному разнообразию, связанному с миграцией, в частности. Особое значение приобретает также формирование в обществе идей коллективной взаимной поддержки и единства нации, а также укрепление межгосударственного взаимодействия по вопросам миграции на пространстве Центральной Азии. И это еще один аспект темы, на котором хотелось бы остановиться.

Всегда и в любой стране мира канализирование миграционных потоков крайне сложно выполнить в одностороннем порядке. Это данность. Ситуация сможет стать оптимальной лишь тогда, когда нам удастся выстроить симметричный диалог со странами-донорами мигрантов, создать двухстороннюю схему миграции. В ней могут использоваться, в частности, развитые механизмы влияния: например, выдача странам-донорам мигрантов целевых кредитов на подготовку специалистов в российских вузах или на строительство производств, в которых могут быть задействованы свободные трудовые ресурсы.

Спасибо за беседу.

Добавить комментарий

Защитный код