Наша задача не перевести школу на киргизский язык, а создать среду

С нового 2017/2018 учебного года в русскоязычных школах Киргизии начнут вести уроки на киргизском языке.

О том, как реализуется программа многоязычного образования в 11 пилотных школах Бишкека и что будет с учителями, владеющими одним языком, ИА «24.kg» рассказала координатор проекта, директор Центра социальной интеграции Марина Глушкова.

— Марина Юрьевна, расскажите, какие нововведения ждут учащихся?

— По-другому будут проводиться уроки государственного языка. Киргизский будет использоваться и при преподавании части предметов, это расширит возможности для развития практических языковых навыков. Работа начнется в формате частичного погружения: на определенных этапах урока будет использоваться либо русский, либо киргизский.

Первые предметы, которые будут вводиться с использованием киргизского языка, те, которые позволяют развивать коммуникативные навыки детей: физкультура, изобразительное искусство, музыка, труд/технология. Конкретный выбор предметов пока определяется в зависимости от того, какие педагоги в школе владеют двумя языками.

Самая безопасная схема введения двух языков в учебную практику — когда новый материал проходят на родном языке, а повторение пройденного — на втором. И в зависимости от того, как продвигаются дети, насколько хорошо усваивают предмет на целевом языке, дальше могут быть изменения в пропорциях и целях его использования.

В перспективе в некоторых школах полностью на киргизский язык могут быть переведены один-два предмета. В остальных школах будут развиваться программы двустороннего погружения: в любом случае будет сохраняться использование русского и киргизского.

— В каких классах внедряется проект?

— Остановились на двух уровнях — начальном (примерно со второго класса) и среднем звене (6-7-е классы). Это зависит от выбора школы и возможности педагогов. В начальных классах для развития языка, помимо предметов коммуникативного цикла, школы выбрали родиноведение и в некоторых случаях математику. В 6-7-х классах —биологию, географию, иногда химию или физику.

Мы не советуем начинать многоязычные программы с предметов социальной и гуманитарной образовательных областей. В них используется богатая лексика, сложные языковые конструкции, информация не всегда хорошо структурирована. Для начинающих это тяжело. После накопления опыта как учащимися, так и педагогами можно будет опираться и на эти предметы.

Для подготовки выпускников к сдаче теста по госязыку в некоторых школах в 9-11-х классах запланировано использовать два языка на уроках физкультуры и военной подготовки, во внеклассной деятельности. Оцениваться на уроках будет только знание предмета. А уровень владения языком будет оценивать языковед.

— В Бишкеке не хватает учителей математики, физики и химии. Много учителей пенсионного, предпенсионного возраста, не владеющих киргизским. Где нашли столько педагогов, активных и двуязычных?

— Особенный дефицит физиков отмечается по всей стране. Это отдельная задача для системы образования. Мы весь год занимались подготовкой команды пилотных школ, обучали педагогов-языковедов, предметников, тестировали уровень их владения языком. И на основании этого подобрали довольно скромные, осторожные программы. Будем отслеживать процесс обучения на протяжении всего учебного года и думать о том, как программы развивать и сделать их эффективными и устойчивыми.

Мы не идем к многоязычию тотально. Основной принцип — добровольность, причем для всех участников процесса. На введение многоязычной программы должны согласиться и школа, и учителя, и родители.

— Проверяли уровень владения языком самих учителей?

— Примерно 30 процентов владеет нужным уровнем — В2, у 90 процентов языковедов — С1. Единицы  не показали нужного уровня.

Есть такая закономерность: учитель, которому интересно учиться, осваивать новое, помогает детям двигаться намного успешнее. При организации многоязычного преподавания кардинально меняется методика обучения, она мотивирует детей к учебе. Ребятам интересно, когда с ними обсуждают цели урока, когда они понимают, как их оценивают, когда тип задания не просто «встань и повтори», а тебе позволяют иметь собственное мнение.

— Не последует ли перевод пилотных школ полностью на киргизский язык?

— Такого не было в планах никогда. На это не пойдут и родители киргизскоязычных детей. Спрос на русский есть. Более того, мы принципиально за многоязычие. Оно, кроме языковых навыков, развивает у детей умение концентрировать внимание, гибкость мышления, способность быстро переключаться и многое другое.

Наша задача не перевести школу на киргизский язык, а создать среду, в которой можно было бы успешно развивать как минимум два и более языков. Мы ведь еще пока не начали работать с иностранным языком. Но это связано с тем, что учителей, владеющих и предметом, и на достаточном уровне английским, китайским или другим иностранным языком, единицы.

— Какой результат планируете получить?

— Стандарт русского и киргизского как второго языка сейчас предполагает, что выпускники 11-го класса будут владеть ими на уровне В1. Во многих других странах он намного выше. Уровень В1 означает, что учащиеся понимают основные идеи четких сообщений на литературном языке, возникающих во время учебы и досуга. Умеют общаться в большинстве ситуаций бытового и учебного характера. Могут составить связное сообщение на известные или особо интересующие темы. Могут описать впечатления, события, надежды, стремления, изложить и обосновать свое мнение и планы на будущее.

В этом учебном году совместно с Кыргызтестом мы проводили тестирование 600 выпускников. Пока примерно 20 процентов детей выполняют стандарт по всем составляющим теста. Еще 20 процентов учащихся показывают близкие к этому уровню результаты. К сожалению, результаты 10 процентов детей ниже элементарного уровня.

Я бы не рассматривала эту ситуацию как принципиальную невозможность освоить второй язык. Нужен комплекс мер. Это в первую очередь изменение подходов к учебной программе, подготовке педагогов и оценке языковых достижений. Учебники тоже важны, и есть примеры: учебно-методические комплексы для 5-6-х классов уже апробируются. Недостаточно подготовленный педагог может и с хорошим учебником учить языку неэффективно.

— Вы же знаете, как у нас все делается в добровольно-принудительном порядке. Переход на многоязычие действительно будет добровольным?

— Да. Ни одного педагога и ребенка никто насильно работать и учиться в программах многоязычного образования заставлять не будет.

— Когда нас ожидает массовый переход школ на подобную модель обучения?

— Число тех, кто может вести занятия на билингвальной основе, ограничено. Для изменения ситуации нужно перестроить языковую подготовку студентов педагогических специальностей.

Думаю, все школы никогда не перейдут к одному подходу. Многоязычная программа внедряется на основе свободного выбора. Более того, мы советуем школам не переводить всю параллель на многоязычный подход. Нужно, чтобы у ребенка была возможность учиться в той программе, которая ему нравится и которую он может освоить.

— Какие проблемы вы предвидите?

— Мы видели на открытых уроках и детей увлеченных, и старающихся говорить на государственном языке, и тех, кто сопротивляется новому подходу. Такая позиция отражает языковую неподготовленность и отношение к неродному языку. Зачастую она связана с отношением к языку в семье. Тут уже задача школы: работать с родителями и детьми, показать выгоды многоязычных программ, снять страх перед новым подходом, обеспечить свободный выбор. В отдельных случаях нужна поддержка психологов.

Первый год работы в многоязычной программе также очень напряженный для педагога. Нужно полностью перестраивать свою деятельность и каждый урок вести по-новому. Многим учителям программа интересна, они действительно мотивированы и заинтересованы, потому что это, в том числе, способ противостоять профессиональному выгоранию. Но через год, когда появится опыт, будут разработанные материалы к урокам, выработается автоматизм, станет легче. И мы будем помогать материалами, консультациями, мастер-классами.

Еще одна проблема бишкекских школ — пока никто не обещает доплачивать за работу на многоязычной основе, хотя на это требуются дополнительные усилия педагога. Опыт пилотных школ в регионах, которые раньше начали работу, показывает, что поддержку можно оказывать за счет перераспределения коэффициента трудового участия (КТУ) или использовать средства родителей через Попечительский совет. Системная же поддержка на уровне государства или города пока не предусмотрена.

Очень важна работа дирекции школ с одноязычными учителями. Эти педагоги должны быть уверены, что их никто не уволит и они смогут продолжить преподавать на одном языке.

Источник

Добавить комментарий

Защитный код