Единый центральноазиатский экспертный совет может быть создан в Казани

Такая идея была озвучена в рамках круглого стола, посвященного ключевым вопросам развития Центральной Азии, а также вопросам взаимодействия экспертного сообщества России и центральноазиатских государств, организатором которого выступило АНО «Институт исследований Центральной Азии».

Круглый стол «Россия и Центральная Азия: новые грани экспертного диалога» прошел на базе АНО «Институт исследований Центральной Азии» 26 апреля. Открытие нового исследовательского центра, призванного объединить ключевых экспертов в области исследования политических, экономических и социокультурных процессов в Центрально-Азиатском регионе, разработки аналитических сценариев развития сотрудничества России и государств Центральной Азии, состоялось 28 февраля. И теперь он ведет активную деятельность в качестве экспертной площадки для обсуждения наиболее остро стоящих вопросов в области взаимодействия России и центральноазиатских стран.

В этот раз в рамках круглого стола обсуждались сразу пять блоков тем: роль и место России и стран Центральной Азии в интеграционных процессах на постсоветском пространстве; евразийская модель взаимодействия экспертных сообществ; экспертиза экономических процессов в Центральной Азии; перспективы развития России и стран Центральной Азии в рамках геополитического противостояния в Евразии; экспертные оценки возможности противодействия экстремизму.

Ключевыми спикерами круглого стола стали Генеральный консул Узбекистана в Казани Фариддин Насриев, директор Центра исследования Центральной Азии и Китая Худоберди Холикназар, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» (Казахстан) Андрей Чеботарев, директор Международной Ассоциации экономических операторов (Киргизия), эксперт Министерства экономики Кыргызской Республики, руководитель экспертной группы Национального Совета Киргизии по упрощению процедур торговли Геннадий Карабанов, вице-президент Академии наук Республики Татарстан Вадим Хоменко, директор Казанского института евразийских и международных исследований Булат Ягудин, директор научных программ АНО «Институт исследований Центральной Азии», заведующий кафедрой конфликтологии Казанского федерального университета Андрей Большаков.Также участие в круглом столе приняли эксперты Казанского федерального университета – Айдар Хабутдинов, Альберт Белоглазов, Евгения Храмова, Резеда Галихузина, Марат Гибадуллин.

Узбекистан и Россия: состояние взаимоотношений в цифрах и фактах

Открыл круглый стол Генеральный консул Узбекистана в Казани Фариддин Насриев. В своем обращении к участникам встречи он поднял тему современного состояния узбекско-российского взаимодействия, обозначив, что Узбекистан и Россия являются стратегическими партнерами, строящими свои союзнические отношения на фундаменте многовековой дружбы.

Запущенные в Узбекистане по инициативе президента страны ШавкатаМирзиёева масштабные реформы создали возможности для поднятия узбекско-российскоговзаимодействия на качественно новый уровень, наращивания масштабов сотрудничества в политике, торговле, инвестициях, культуре и туризме, - подчеркнул Фариддин Насриев.

Так, на сегодняшний день согласно данным, приведенным генеральным консулом, в Узбекистане осуществляют свою деятельность 1427 предприятий с участием российского капитала. Только в 2018 году в республике создано 391 новое предприятие с участием российских резидентов, аккредитованы представительства более 80 российских фирм и компаний. В России функционирует более 600 предприятий с участием резидентовиз Узбекистана. По итогам 2018 года товарооборот между Узбекистаном и Россией превысил 6 млрд долларов США. Теперь же руководство обеих стран ставит перед собой задачу довести этот показатель до уровня 10 млрд долларов США. Активно развивается и направление туризма – в течение 2018 года Узбекистан посетило более 460 тысяч россиян, что на 65% больше аналогичного показателя 2018 года.

Транзит власти как фактор изменения основ взаимодействия

Первым из экспертов, рассматривавших современную ситуацию во взаимоотношениях России и центральноазиатских государств всеобъемлюще, стал доцент кафедры международных отношений, мировой политики и дипломатии Казанского федерального университета Альберт Белоглазов. Он сделал акцент на политике России в Центральной Азии в контексте транзита власти в Узбекистане, Киргизии и Казахстане. Смена одного за другим лидеров перечисленных государств привела к необходимости сосредоточиться на выстраивании взаимоотношений России со странами Центральной Азии на новом этапе их развития, что было закреплено, в том числе изаконодательно, обозначил спикер – в частности, в принятой в ноябре 2016 года концепции внешней политики Российской Федерации.

В своем докладе эксперт сосредоточился, прежде всего, на проблемах, существующих сегодня в регионе, и задачах, которые стоят перед Россией в их контексте, выделив среди наиболее острых вопросов наличие факторов развития радикального исламизма, наркотрафика, нелегальной миграции. Кроме того, на повестке дня сегодня, по словам эксперта, стоят результаты так называемой «Второй Большой игры» - геополитического противостояния России, США и Китая в борьбе за влияние на Центральную Азию. Необходимость уделять внимание вызывают и водные конфликты, а также межнациональные столкновения. России же в этой связи необходимо заниматься обеспечением безопасности, вопросами интеграции и развития торгово-экономических отношений, а также культурно-гуманитарного сотрудничества.

Вопросы безопасности превыше всего

Особое внимание в ходе круглого стола было уделено вопросам безопасности и профилактики экстремизма и терроризма в Российской Федерации и Центральной Азии. Подробно на сути опасности экстремизма и необходимости противодействия ему остановился директор Центра исследования Центральной Азии и Китая Худоберди Холикназар. Он привел перечень основных угроз, которые несет в себе идеология религиозного экстремизма для независимых государств. Среди них непризнание государственного суверенитета мусульманских стран и навязывание идеи необходимости их включения в состав единого исламского халифата, уничтожение демократической и светской системы государственности, угроза стабильности и безопасности, прочности государственных границ, негативное отношение к знаниям, культурным обычаям, культурному и историческому наследию человечества, отношение ко всем течениям ислама как к ереси.

При этом важно отметить, что в Центрально-Азиатском регионе успешно функционируют механизмы ЕС, НАТО, ОДКБ, обеспечивающие безопасность. А при наличии взаимодействия на этом направлении России и центральноазиатских республик упомянутые угрозы можно нивелировать.

Сила России в географическом положении и развитии трансконтинентальных проектов

Экспертами была затронута также тема перспектив интеграционных процессов в центральноазиатском регионе в контексте изменений глобальных трендов развития мирового хозяйства. Об этом в своем докладе говорил доцент кафедры международных экономических отношений Казанского федерального университета Марат Гибадуллин. По его словам, современная система международных экономических отношений перешла в фазу кардинальных трансформаций. Основным содержанием этого процесса можно назвать целый ряд черт. Среди них формирование новых центров роста мировой экономики, нарастание противоречий между экономическими интересами развитых, развивающихся стран и стран догоняющего развития, а также углубление международной конкуренции. Результатом такого рода изменений становится изменение традиционной иерархии стран в мировом хозяйстве – лидеры утрачивают свои позиции, на их место приходят новые государства. Еще одним фактором становится дезинтеграция мирового хозяйства. Кроме того, можно наблюдать нарушение режима свободной торговли, усиление протекционистских тенденций в экономической политике целого ряда государств, как развитых, так и развивающихся.

Когда мы говорим о налаживании экономического сотрудничества на постсоветском пространстве, мы должны говорить о развитии тесного регионального сотрудничества в рамках трансконтинентальных проектов. Именно в этой области Россия имеет конкурентное преимущество. Ни одно государство мира и в том числе постсоветского пространства не располагает такими удачными трансконтинентальными связями, - подчеркнул спикер.

По его словам, через Россию могут продвигать свои экономические интересы и Китай в Европу, и государства Центральной Азии и в Европу и в Китай, поэтому в этом отношении Россия благодаря своему исключительно удобному географическому положению может удерживать в поле своих экономических интересов регион Центральной Азии. В этойсвязи всем сторонам выгодно, к примеру, развитие проекта Экономического пояса Шелкового пути.

Геополитика в Центральной Азии: что готовит день грядущий?

В рамках круглого стола были также представлены прогнозные экспертные оценки перспектив развития России и стран Центральной Азии в рамках геополитического противостояния в Евразии. Доклад директора Казанского института евразийских и международных исследований Булата Ягудина был посвящен рассмотрению Центрально-Азиатского региона как пространства конкуренции мировых и региональных держав. Интеграционные проекты начала 90-х годов прошлого столетия не удалось реализовать по целому ряду причин, и Центральная Азия после распада СССР является территорией, где большие игроки могут предлагать свою повестку, обозначил эксперт в самом начале своего выступления.

Сегодня потенциал Центральной Азии позволяет в случае необходимости предупредить попытки излишнего влияния внерегиональных игроков. Будет ли Центральная Азия иметь серьезный потенциал для развития в ближайшие годы, зависит от лидеров этих государств, необходимо, чтобы они поступательно и твердо шли к экономическим трансформациям, которые и есть основа прогресса. И в случае Центральной Азии речь идет о необходимости именно государственного контроля за этими процессами, а не инициативы со стороны субъектов экономической деятельности, - считает Ягудин.

В свою очередь,директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» (Казахстан)Андрей Чеботарев сосредоточился на основных векторах многостороннего взаимодействия с участием России и стран Центральной Азии. По его словам, есть четыре вектора такого сотрудничества. Первый вектор – постсоветский. Речь идет о деятельностиСНГ, ОДКБ и ЕАЭС. Преимущество первого заключается в том, что это форма сотрудничества, где все участники взаимодействуют на равных. ОДКБ интересует центральноазиатские республики в силу необходимости создания условий для безопасности. Перспективы развития ЕАЭС пока не совсем ясны. Это скорее политический, а не экономический проект, пока еще нет понимания того, как развивать в его рамках экономику.

Второй вектор –китайский, а именно взаимодействие в рамках Шанхайской организации сотрудничества, где присутствуют Россия и четыре республики Центральной Азии. Организация преуспела в вопросах безопасности, но в вопросах экономики продвижение минимально, поскольку есть интересы Китая, который привык решать вопросы на двусторонней основе. Так, к примеру, создание единого банка ШОС, лоббируемого Россией, Китаю невыгодно.

Третий вектор – каспийский. Здесь речь идет о взаимодействии России, Туркменистана и Казахстана. Прикаспийский регион стал большим полем для сотрудничества, поскольку в прошлом году, наконец, была принята Конвенция о правовом статусе Каспийского моря. И теперь нет необходимости договариваться, что кому принадлежит, и есть возможности для развития взаимодействия.

И четвертый вектор – это взаимодействие России и центральноазиатскими республиками в формате«5+1». Он актуален для всех перечисленных участников.

Директор научных программ АНО «Институт исследований Центральной Азии» Андрей Большаков посвятил свой доклад геостратегическому развитию Северо-Восточной Евразии. Прежде всего, эксперт отметил, что пришло время перестать именовать обозначенную территорию постсоветским пространством и начать взаимодействовать на иных началах - термин «Северо-Восточная Евразия» как альтернативу термину «постсоветское пространство» предложил известный политолог Александр Никитин. Речь идет о примерно 5-7 государствах бывшего постсоветского пространства, ориентированных преимущественно на РФ – Белоруссия, Казахстан, Армения, Киргизия, Таджикистан, непризнанныхгосударственных образованиях – Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия, ДНР, ЛНР, а также отчасти Молдавии, Узбекистане и Нагорном Карабахе.

Говоря о перспективах развития различных интеграционных организаций на пространстве Северо-Восточной Евразии, Большаков отметил, что в последнее десятилетие СНГ осталось лишь в качестве площадки для дискуссий руководителей некоторых бывших постсоветских государств, Организация Центрально-Азиатского сотрудничества прекратила свое существование и вошла в состав ЕврАзЭС, который являлся предтечей современного ЕАЭС, а Шанхайская организация сотрудничества и Сообщество демократического выбора вышли далеко за пределы границ бывшего постсоветского пространства. При этом военная роль региональных организаций в последнее время растет.

Сегодня нерегиональные политические игроки все больше вовлекаются в решение конфликтов в данных регионах, в их макроэкономические проекты, политические и социокультурные процессы. Важно и то, что у российских элит присутствует понимание того, что из регионов ЦА и ЮК уходить нельзя, несмотря на наличие сильной конкуренции. А главной задачей на ближайшие несколько лет является установление стратегических отношений партнерства ЕАЭС и Китая, где Центральной Азией выполняется роль ключевого региона, - считает Андрей Большаков. – При этом наиболее существенными проектами на бывшем постсоветском пространстве следует признать ОДКБ – в сфере безопасности, ЕАЭС – в сфере экономики; ШОС – в политико-дипломатической сфере. Все эти три проекта сконцентрированы вокруг Центральной Азии и предусматривают существенную роль России. СНГ же постепенно передает свои функции этим организациям.

Единый центральноазиатский экспертный совет – путь к решению проблем во взаимодействии

Была также поднята тема необходимости создания условий для полномасштабного сотрудничества экспертов России и стран Центральной Азии. По словам директора Международной Ассоциации экономических операторов (Киргизия), эксперта Министерства экономики Кыргызской Республики Геннадия Карабанова, традиционно, говоря о сотрудничестве экспертов на обозначенном пространстве, подразумевается, что оно должно реализовываться в целях поиска путей для полноценной интеграции обозначенных государств. При этом сегодня ситуация складывается таким образом, что основные проблемы в процессе интеграции сосредоточены в сфере финансов. До сих пор в рамках ЕАЭС не синхронизированы налоговые, банковские системы. Это станет возможным лишь тогда, когда члены ЕАЭС позволят ввести внешнее управление за банковской и налоговой системой, контроль за расходованием бюджетных средств – никто и никогда не пойдет на столь жесткие условия ограничения суверенитета, поэтому вопрос интеграции будет постоянно висеть на повестке дня. Отсутствует и тесное сотрудничество в регионе по разрешению общих проблем – в странах Центральной Азии сохраняется конкуренция: центральноазиатские государства больше доверяют России, европейским странам и США, нежели соседям по региону.

Для того чтобы лидеры обратили пристальное внимание на эти проблемы и осознали необходимость их решения, должен быть создан единый центральноазиатский экспертный совет с привлечением ведущих ученых региона, который предусматривал бы работу по поиску приемлемого для всех сторон решения проблем регионального сотрудничества и представление ее результатов лидерам стран, - убежден Карабанов. – На этой площадке можно было бы рассматривать самые трудные для дипломатии вопросы. Дело в том, что дипломаты не всегда могут говорить от имени руководства государств, но эксперты могут говорить все, что угодно. И если эксперты будут не только анализировать проблемы, но и говорить о них, привлекать внимание общественности через СМИ, обращаться со своими рекомендациями на больших форумах, где присутствуют лидеры государств, это будет приносить свои результаты.

Спикер также подчеркнул, что ему хотелось бы, чтобы такой экспертный совет был основан в Казани на базе АНО «Институт исследований Центральной Азии». Говоря о том, почему именно здесь, он обозначил такие факторы, как наличие мирного сосуществования и полноценного взаимодействия на территории Татарстана представителей самых различных народов и конфессий.

Добавить комментарий

Защитный код