В Оренбурге эксперты России и Казахстана объединились для ответа новейшим экстремистским трендам

В г. Оренбурге 26 февраля 2020 г. прошла Международная экспертная площадка «Трансграничные угрозы религиозного экстремизма: взгляд из России», организованная АНО «Содружество народов Евразии», Региональным Духовным управлением мусульман и НИИ истории и этнографии Южного Урала ОГУ при поддержке Правительства Оренбургской области.

Она собрала вместе более 170 участников: представителей законодательной и исполнительной власти, сотрудников Антитеррористического центра стран СНГ, органов внутренних дел, прокуратуры, заместителей глав городов и районов Оренбургской области по социальным вопросам, мусульманских священнослужителей, педагогов и учащихся исламских образовательных учреждений, теологов, религиоведов, социологов, политологов из Москвы, Казани, Уфы, Оренбурга, Саранска, Владикавказа (Россия), Нур-Султана, Алматы, Актобе и Уральска (Казахстан).

Открывая работу экспертной площадки, председатель АНО «Содружество народов Евразии» Веналий Амелин напомнил, что под религиозным экстремизмом понимается религиозно мотивированная или религиозно камуфлированная идеология и практика резкого неприятия социальной действительности, направленная на ее радикальное переустройство и приведение в соответствие со своими представлениями любыми методами, включая насильственные. Такая экстремистская деятельность может предусматривать: пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его религиозной принадлежности или отношения к религии; возбуждение религиозной розни; призывы и действия, направленные на насильственное изменение государственного строя и территориальной целостности страны, влияние на принятие решений органами власти методами устрашения, а также совершаемые в этих целях террористические акты, убийства и иные преступления. При этом для оправдания своих идей и поступков радикалы прибегают к ложным трактовкам и искажениям догматов различных мировых конфессий, что придает проблеме религиозного экстремизма наднациональный, трансграничный характер, превращая ее в одну из важнейших угроз общей, глобальной безопасности.

Вице-губернатор Оренбургской области Олег Димов отметил, что в этой связи особую актуальность приобретает организация международного сотрудничества в сфере борьбы с религиозным экстремизмом, которое должно развиваться не только по линии межгосударственных объединений, структур власти, но и посредством активного диалога ученых и экспертов, религиозных деятелей, при участии институтов гражданского общества.

Депутат Государственной Думы Федерального Собрания РФ Юрий Мищеряков видит важнейшими сферами приложения усилий общественных структур, оказания содействия государству в борьбе с экстремизмом: организацию исследовательско-консультатиционной поддержки, целевой образовательной и массовой просветительской работы.

Реализуя этот посыл, в ходе экспертной площадки на основе обмена оперативной информацией правоохранительных органов, результатами интервьюирования и анкетирования участников экстремистских сообществ, осужденных террористов, мониторинга интернет-ресурсов специалисты совместно выделили актуальные, «модные» тренды в распространении радикализма, а также предложили адекватные, эффективные методы противодействия этим новым вызовам.

Так, председатель Научно-консультативного совета при Антитеррористическом центре государств-участников СНГ, полковник полиции Марианна Кочубей (г. Москва, Россия) назвала новой общей угрозой для России и Центральной Азии после разгрома ИГИЛ на Ближнем Востоке возвращение боевиков в родные страны, формирование на их основе «спящих» ячеек для продолжения организованной борьбы или одиночек для малобюджетного, уличного терроризма с применением подручных средств (ножей, автомобилей и др.), тяжесть последствий которого уже ощутили на себе некоторые европейские страны. Число таких потенциальных возвращенцев из сирийско-иракской зоны оценивается в 14 тысяч человек (до 30 % участников боевых действий), что с учетом общих границ, облегченных режимов взаимного въезда и пребывания требует от стран СНГ совместной работы по отфильтровыванию боевиков в общих миграционных потоках. Сама международная террористическая организация ИГИЛ, по сути, проводит ребрендинг, в результате чего может сохраниться и как глобальный религиозно-политический проект, и как военно-политическая модель. В то же время с осени 2018 г. и другое исламистское движение «Талибан» в Афганистане качественно модернизировало свои пропагандистские и вербовочные ресурсы, предложив практически полную линейку современных медиа-продуктов. Для различных террористических группировок в Северном Афганистане и отчасти сирийском Идлибе, включающих выходцев из республик бывшего СССР, русский язык стал рабочим инструментом межнационального общения и пропаганды, о чем свидетельствуют изымаемые на местах боевых действий финансовые ведомости, внутренние инструкции, листовки и другая документация. С 2019 г. заметно активизировался русскоязычный сегмент пропаганды афганского «Талибана», появились многочисленные аккаунты, связанные с талибами, и группы подписчиков, симпатизирующие «Аль-Каиде». Пропагандистская и вербовочная деятельность экстремистов все более переносится из реальной жизни, личных контактов в анонимное виртуальное пространство социальных сетей и мессенджеров. При этом ведется она на основе серьезного социологического и психологического изучения личности потенциальных сторонников, открытых данных, которые люди сами выкладывают на своих страницах в соцсетях (о возрасте, месте проживания, интересах и предпочтениях), анализа их активности в Интернете: подписок на тематические группы, лайков и комментариев. Рассеянные в соцсетях по всему миру вербовщики террористических организаций (так называемые «диванные моджахеды») стали полноценным инфраструктурным звеном экстремистской пропаганды.

И противопоставить трансграничным сетям террористов можно лишь такую же массовую, системную работу на основе объединения усилий, международного сотрудничества органов власти и институтов гражданского общества. В СНГ эта задача успешно решается в рамках созданного его государствами-участниками общего Антитеррористического центра, координирующего работу национальных органов внутренних дел по этому важному направлению. За счет объединения их данных сформирована уникальная база с развернутой информацией на 10 000 лиц, подозреваемых в террористической и экстремистской деятельности, включая 5 000 участников незаконных вооруженных формирований, что существенно облегчило их международный розыск. Только за прошлый 2019 г. при поддержке АТЦ было установлено местонахождение и задержано 92 террориста. Развитие современных информационных технологий с элементами искусственного интеллекта уже сейчас позволяет автоматически отслеживать в социальных сетях распространение экстремистского контента, устанавливать первоисточники, связи между идеологическими центрами (узлами) и последователями, предотвращая формирование экстремистских и террористических групп.

Директор АНО «Казанский межрегиональный центр экспертиз» Андрей Иванов (г. Казань, Россия) и секретарь-координатор Кавказского геополитического клуба Яна Амелина (г. Владикавказ, Россия), реализующие крупные исследовательские проекты по мониторингу социальных сетей, независимо друг от друга выявили новую тревожную тенденцию сращивания исламистов в Интернете с асоциальными молодежными субкультурами. Экстремистские пропагандисты от создания явных групп религиозной тематики перешли к скрытому, закамуфлированному продвижению образа террориста как борца за справедливость, сильной личности, идей самопожертвования через группы улично-криминальной, пацанско-хулиганской, блатной романтики (А. У. Е), депрессивно-суицидальные молодежные страницы, сообщества Колумбайн (поклонников массовых расстрелов в учебных заведениях) и даже БДСМ (сексуальных ролевых игр в господство и подчинение), которые роднит с ними резкое неприятие государства и общества, стремление к насилию и доминированию. Это позволяет исламистским вербовщикам выйти за узкие рамки теологических споров, требующих знания специфической терминологии и текстов, на широкую молодежную аудиторию с миллионами подписчиков, транслируя в уже подготовленной, сочувствующей среде идеи ненависти, немотивированного насилия, нападения на сотрудников правоохранительных органов, массовых неизбирательных расправ над сверстниками в публичных местах с последующим самоубийством исполнителя.

Исполнительный секретарь Научно-консультативного совета при Антитеррористическом центре СНГ Павел Мареев (г. Москва, Россия) среди новых угроз обозначил модернизацию схем и технологических приемов финансирования терроризма. По информации, озвученной руководителем АТЦ генерал-полковником А. П. Новиковым, в поисках новых финансовых источников экстремисты также стали обращаться к современным дистанционным технологиям, организуя онлайн-казино, хищения с помощью подставных интернет-магазинов и сайтов-двойников, фишинговых и фарминг-атак, позволяющих получить логины и пароли к денежным счетам, несанкционированный доступ к банковским ресурсам и криптовалютным биржам.

Наряду с проблемами и путями пресечения пропагандистской, террористической и финансовой деятельности религиозных экстремистов, на экспертном совещании был поднят важный вопрос о возможности их дерадикализации, идеологического переубеждения и особенно возращения к нормальной жизни в обществе членов их семей: жен, вдов и детей. Специалисты отметили, что в этом плане уникальный опыт накоплен Республикой Казахстан, которая в рамках гуманитарной операции «Жусан» («Полынь») вернула из Сирии на Родину 595 своих граждан из семей участников незаконных вооруженных формирований, в том числе 33 мужчин, 156 женщин и 406 детей (включая 32 сирот), прошедших курсы социальной реабилитации.

Вместе с тем, непосредственно работающий по этой программе директор Центра по противодействию религиозному экстремизму при Университете исламской культуры «Нур-Мубарак» Аскар Сабдин (г. Алматы, Казахстан) обратил внимание на то, что работа по дерадикализации во многом еще основана на индивидуальных, авторских разработках, творческой импровизации теологов и психологов, до сих пор не систематизирована и не поставлена на строго научную, теоретическую основу. По мнению специалиста, полевые исследования конфессионального поля и его радикальных преломлений должны быть делом не инициативных одиночек, а поддерживаться и направляться целевыми государственными грантами в рамках социального заказа. Необходимо серьезное изучение как социально-психологических факторов самой радикализации, причин вовлечения людей в экстремистскую деятельность, так и выработка научно обоснованных методов диагностики и коррекции радикальных взглядов и деструктивного поведения, реабилитации и ресоциализации таких лиц на основе четких критериев и стандартов для отслеживания и контроля конечного результата.

Первые подходы к научной организации этого процесса сделали специалисты российского Института педагогики, психологии и социальных проблем под руководством директора Вадима Козлова (г. Казань, Россия). По результатам глубинных интервью с осужденными террористами в тюрьмах они выделили 3 психологических типа экстремистов и, соответственно, 3 разные модели их идеологического переубеждения, ресоциализации.

На площадке эксперты вообще уделили особое внимание региональному опыту, особенностям и факторам, способствующим религиозной радикализации населения в Поволжье, на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке.

Так, директор Центра гуманитарных исследований Башкортостана Марат Марданов (г. Уфа, Россия) видит сохраняющуюся угрозу сращивания радикальных исламистов с националистическими движениями, перетекания их молодежного актива, разочаровавшегося в политических методах государственного строительства, в террористические религиозные группы.

Старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО МИД России Ахмет Ярлыкапов (г. Москва, Россия) отметил, что в Азиатской части России, за Уралом в условиях чрезвычайной разбросанности исламских общин, незавершенности их оформления в централизованные структуры и конкурентной борьбы между духовными управлениями, переплетения старожильческого татарского населения с новыми мигрантами из Кавказского региона и Центральной Азии складывающаяся в итоге мозаичность мусульманского сообщества облегчает возможности пропаганды в его среде радикальных религиозных идей.

Профессор Мордовского государственного университета имени Н. П. Огарева Александр Мартыненко (г. Саранск, Россия) считает наиболее эффективным средством противодействия радикализму государственную поддержку традиционного ислама и его легальных организационных структур.

Научный сотрудник отдела религиоведения Института этнологических исследований имени Р. Г. Кузеева РАН Зиля Хабибуллина (г. Уфа, Россия) особо подчеркнула важную роль в недопущении экстремизма государственной поддержки и организации мусульманского религиозного паломничества (хаджа). Несмотря на большой накопленный опыт, в некоторых моментах его постановка до сих оставляет желать лучшего, в частности, из-за низкой профессиональной, теологической, языковой подготовки руководителей паломнических групп, нередко распространяющих различные суеверия, страшилки, занимательные байки, не подтвержденные Священным писанием (Кораном) и Священным преданием (Сунной), что требует проведения предварительного специального обучения таких наставников и сопровождающих.

Муфтий Оренбургской области Альфит Шарипов (г. Оренбург, Россия) отметил, что современные условия также требуют от имамов постоянного повышения своего профессионального уровня, овладения информационными технологиями дистанционного обучения и проповеди для успешной просветительской и социальной работы с населением, которые являются лучшими средствами для противодействия экстремизму и терроризму.

Имам Актюбинской областной мечети Нурбол Смагулов (г. Актобе, Казахстан) полагает, что духовный наставник должен стать и тонким психологом, умеющим находить общий язык со всеми, чтобы через него как по мосту могли пройти к истинной вере и богатые, и бедные, и здоровые, и больные.

Главный имам Западно-Казахстанской области Муратбек Кыстаубаев (г. Уральск, Казахстан) настаивает, что в борьбе с экстремизмом необходим комплексный подход, работа в связке всех заинтересованных государственных и общественных структур, когда пресечение преступной деятельности и пропаганды правоохранительными органами дополняется со стороны духовных лиц проповедью и переубеждением радикалов, их возвращением в общество, оказанием содействия в трудоустройстве, получении образования и решении других социальных проблем местными органами власти.

С учетом общей протяженной границы, разветвленных международных связей террористических группировок, каналов переправки боевиков и финансирования за рубеж, активной работы экстремистов в глобальном информационном пространстве сети Интернет проблему религиозного радикализма нельзя решить и без объединения усилий, международного сотрудничества органов власти и институтов гражданского общества России и Казахстана.

Мероприятие проведено с использованием средств гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

Просмотров: 289