Американцы будут воевать, пока талибам не надоест

Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг заявил, что НАТО в принципе готово снова увеличить свой военный контингент в Афганистане на 3-5 тысяч человек. Ранее и из администрации США поступали сведения, что Пентагон также собирается увеличить свой афганский контингент с нынешних 8500 человек еще на несколько тысяч человек, во всяком случае, президент США Дональд Трамп дал Пентагону такие полномочия. Окончательному решению этого вопроса была посвящена поездка в Кабул председателя Объединенного комитета начальников штабов, генерала Джозефа Данфорда.

В связи с этими переменами снова встает вопрос о том, какой именно стратегии придерживаются США и НАТО в целом в Афганистане. Вопрос этот весьма непрост, поскольку для его разрешения нужно учесть ряд факторов и обстоятельств, находящихся далеко за пределами сферы собственно афганской политики, но при этом влияющих на стиль американского военного командования в Афганистане. К тому же, американский подход существенно отличается от советского и российского подхода к разрешению аналогичных военно-политических проблем, поскольку имеет другие основания и развивался вообще в других условиях.

Итак, чего американцы и НАТО добились в Афганистане и что они могут предпринять дальше?

Латиноамериканский опыт США

Американский опыт борьбы с партизанами происходит из Латинской Америки, где после окончания Второй мировой войны стало бурно расцветать партизанское движение, охватившее весь регион, от Мексики до Аргентины. Это партизанское движение, опиравшееся на социалистическую идеологию, было весьма могучим и широко распространенным. Многим казалось, что партизаны-революционеры могут взять столицы и государственную власть. Однако партизанам удалось одержать всего две победы: самая знаменитая — победа кубинских партизан Фиделя Кастро на Кубе в 1959 году, и победа сандинистов в Никарагуа в 1979 году. В остальных случаях партизаны решающих успехов не добились, контролировали в основном сельские и горные районы и вели спорадические сражения с правительственными войсками и другими проправительственными силами.

США в этой обширной и затяжной борьбе с партизанами поддерживали правительства стран Латинской Америки, и накопили изрядный опыт в борьбе против партизан. Например, в 1962 году в Колумбии, юг которой контролировался партизанами-социалистами, появились отряды «парамилитарес» — полувоенные организации с жестко антикоммунистической идеологией, в задачи которых входили антипартизанские рейды, выявление и ликвидация подпольных агентов и симпатизирующих партизанам среди населения. Родоначальником «парамилитарес» был американский генерал Вильям П. Ярбороу (William P. Yarborough). Он научил своих колумбийских подопечных методам рекрутирования гражданских лиц в «группы местной обороны» (civil defense groups) и обучения военному делу.

Подобные полувоенные антикоммунистические группы американские советники создавали везде, где вели войну сами или где поддерживали своих союзников. Такие группы создавались в Корее, в Южном Вьетнаме и в Камбодже. Очевидно, колумбийские «парамилитарес» создавались уже с учетом этого азиатского опыта.

Стратегия США по борьбе с партизанами, опробованная и отточенная в Латинской Америке, в общих чертах состояла в следующих пунктах:

  1. Пусть партизаны захватят и контролируют сельские и горные районы. Главное — удержать города, в которых концентрируется основная масса населения (в урбанизирующихся странах — растущая доля), основная часть экономики, и которые привлекательны для сельских жителей работой и возможностями роста уровня жизни.
  2. Партизаны, как правило, не имеющие артиллерии и лишенные бронетехники и авиации, не способны победить и сломить правительственную армию, вооруженную американским оружием и техникой (США оказывали широкую военную поддержку странам Латинской Америки), следовательно, не могут взять города.
  3. Необходимо втянуть партизан в бесконечную череду мелких стычек и схваток с проправительственными отрядами, в частности, с «парамилитарес». Не важно, кто одерживает победу в каждой конкретной стычке, главное, чтобы они поглощали все внимание партизанского командования.
  4. Пусть партизаны так воюют, пока им не надоест или же пока не поменяется политическая обстановка. В Латинской Америке партизаны-социалисты провоевали более 40 лет подряд, но в начале 1990-х годов, после распада СССР и полного прекращения какой-либо помощи извне, стали один за другим подписывать мирные соглашения с правительствами. Дольше всех держались колумбийские партизаны, но и они пошли по дороге мира. В 2016 году лидер Революционных вооруженных сил Колумбии Хуан Мануэль Родригес подписал мир с правительством и объявил о роспуске своей армии. Пока ещё действует «Армия национального освобождения», но она уже распадается на разрозненные отряды и угрозы правительству не представляет.

Афганская модификация

С точки зрения этого латиноамериканского опыта США, их стратегия в Афганистане становится довольно легко понимаемой. Американцы, используя мандат ООН, утвердили в Афганистане союзное им правительство, закрепили союзные отношения с ним двухсторонним соглашением о безопасности, а также создали и вооружили Афганскую национальную армию.

Конечно, Афганистан сейчас больше похож на американский протекторат, чем на равноправного с США союзника, но так было со всеми американскими партнерами, не исключая и такие страны, как ФРГ, Южная Корея и Япония. Если США берут кого-то в союзники, то в этих отношениях у американской стороны всегда будет больше прав. Это вызвано, в частности тем, что США составляют глобальную военную стратегию, в которой каждому союзнику отводится определенное место. Есть такое место и у Афганистана.

Далее, что касается собственно контрпартизанской стратегии США и НАТО в Афганистане (тут нужно особо отметить, что с чисто военной точки зрения талибы и боевики остальных группировок являются типичными партизанами по способу организации и ведения боевых действий), то по сравнению с колумбийским примером в нее были внесены некоторые изменения.

Во-первых, было решено отказаться от создания «парамилитарес», главным образом потому, что в результате возникает почти неуправляемая военная сила, которая сама тяготеет к терроризму и криминалу. Классическая колумбийская организация «парамилитарес» — ACCU — несмотря на свои недюжинные достижения в борьбе с партизанами и в разгроме Медельинского наркокартеля, в 2001 году была внесена в список террористических организаций Госдепартамента США за систематические убийства и теракты.

В Афганистане военные функции «парамилитарес» оказались распределены между несколькими структурами, имеющими более официальный вид. Функции контроля населения и патрулирования были возложены на полицию. Локальные операции, рейды, зачистки и оборону ключевых пунктов осуществляет Афганская национальная армия.

Во-вторых, в силу того, что у НАТО был мандат ООН на право проведения миротворческой миссии в Афганистане, стало возможно прямое военное вмешательство США. Это позволило дополнить контрпартизанскую стратегию еще одним немаловажным пунктом. Специальные, точечные операции, например, по разгрому наиболее беспокоящих отрядов боевиков или ликвидации их командиров, обычно выполняют специальные подразделения Армии США, в особенности из состава Корпуса морской пехоты или других войск НАТО.

Эта структура контрпартизанской борьбы значительно лучше колумбийского прототипа, поскольку она более управляема, негативные последствия в ней сведены к минимуму, а также она более эффективна, дает войскам ценный боевой опыт и поддерживает армию в форме.

Сейчас американская контрпартизанская стратегия в Афганистане находится между третьим и четвертым этапами. Пока еще рано говорить о том, что талибы и боевики других группировок совершенно не представляют угрозы для городов, как и о некоем долгосрочном балансе сил между правительством и партизанами. Но, определенно, Кабул и даже Кандагар или Герат вряд ли будут взяты талибами. С этой точки зрения уже сейчас боевики не представляют кардинальной, сущностной угрозы для афганского правительства и воевать с ними можно до тех пор, пока не надоест.

Основная ударная сила

С точки зрения этой стратегии становится понятна роль и значение войск НАТО - в первую очередь, американских - в Афганистане. Развернутая там войсковая группировка, как и любое воюющее соединение, состоит из боевых частей, выходящих на операции, и из тыловых частей, с врагом контакта не имеющих. Основная часть, более 60% американских войск в Афганистане, это разнообразные тыловики, обеспечивающие действия сравнительно немногочисленных, но прекрасно тренированных и профессиональных подразделений. Каждое из них вполне в состоянии разбить и рассеять отряд талибов, втрое или вчетверо превосходящий его по численности.

Например, с октября 2009 по май 2010, с апреля по октябрь 2011 и с марта по сентябрь 2013 гг. в Афганистане воевал 3-й батальон 4-го полка Корпуса морской пехоты США (американское сокращение 3/4). Их родная база в Калифорнии, но с мая 1941 года этот батальон много участвовал в самых разных войнах — в битве за Филлипины в 1942 году, в штурме Иводзимы в 1945 году, Много раз батальон действовал в боях и операциях Вьетнамской войны, в высадке в Панаме в 1989 году. Особо интересно, что 3/4 участвовал в войне в Ираке, в январе 2003 года первым вступил в Багдад и даже увидел свержение памятника Саддаму Хуссейну. В иракской войне батальон поучаствовал несколько раз, после чего был переброшен в Афганистан.

Итак, это элитное подразделение численностью около 1000 человек с собственным названием «Thundering Third», собственным гербом, мощными традициями и обширным военным опытом. Надо также понимать, что батальон подчиняется ВМФ США и при необходимости его действия могут быть поддержаны кораблями 5-го и 7-го флотов США, вплоть до палубной авиации авианосца CVN-73 «Джордж Вашингтон».

Корпус морской пехоты США имеет в Афганистане две оперативные базы:

  • Camp Leatherneck (в провинции Гельманд, в 2009-2010 гг. там базировалась 2-я экспедиционная бригада морской пехоты США, в боевые силы которой входили 5-й батальон 10-го полка морской пехоты, 8-го полка морской пехоты, 40-й авиагруппы морской пехоты с 79 вертолетами разного типа);
  • Camp Dwyer (в провинции Гельманд, совместный американо-британский лагерь; в разное время там размещались разные подразделения, но боевые силы этой базы включали в себя полк морской пехоты и авиационную бригаду; к примеру, в 2011-2012 году на базе находились 5-й полк морской пехоты и 159-я авиационная бригада из состава знаменитой 101-й воздушно-десантной дивизии).

Упомянутый выше 3/4 базировался на FOB Delaram (провинция Нимроз, на трассе Герат-Кандагар), которая в 2014 году была передана афганской армии, поскольку до этого служила главным складом поставляемого в Афганистан вооружения для афганской армии. Здесь также располагались военные силы численностью до одного полка морской пехоты.

Таким образом, эти три базы покрывали всю южную часть Афганистана, больше всего насыщенную талибами, и подразделения морской пехоты могли быть оперативно, специально приданными им авиационными соединениями, доставлены в любую точку, чем и обеспечивали перелом ситуации в этом месте в свою пользу. Талибы могли выгнать полицию и даже сдерживать подразделения афганской армии, но рано или поздно им приходилось иметь дело с американской морской пехотой, тренированной и опытной. Морпехи не особо геройствовали, их главной задачей было выгнать талибов под удар авиации. Видимо, после того, как противник был разбит и рассеялся на мелкие группы, морпехи переходили к зачистке. Подобным образом американцам удавалось в течение многих лет удерживать военную ситуацию более или менее около одного уровня.

Это весьма экономичный вариант, не требующий, в отличие от политики Барака Обамы, многомиллиардных расходов на содержание более чем 100-тысячного контингента войск в Афганистане, из которых реально воевали все те же самые подразделения морской пехоты. Так США могут вести войну годами и десятилетиями. Морской пехоте нужен опыт реальных боевых действий, морпехам нужны награды и продвижение по службе.

Судя по всему, в зависимости от текущей ситуации и необходимого политического эффекта силы могут увеличивать или сокращать. Сейчас, в связи с некоторыми переменами в американской политике, несколькими успешными талибскими атаками и громкими терактами в Кабуле, возникла необходимость «прижать» талибов. Нынешний контингент позволяет, по грубым оценкам, иметь развернутыми боевые подразделения численностью около 3 тысяч человек, или одного полка морской пехоты.

После принятия решения американцы быстро развернут новый лагерь в выбранной оперативной зоне (очевидно, генерал Данфорд посещал Афганистан в том числе и для этой цели), перебросят туда выбранные боевые части (скорее всего, это будут снова морпехи) с необходимыми тыловыми частями и проведут против талибов серию операций. Судя по намекам, что США избавят Афганистан от пакистанского фактора, а также по заявлению Дэвида Петреуса, что нужно долговременное присутствие и что талибские руководители сидят в своих пакистанских убежищах, новый лагерь будет развернут в восточной части Афганистана, скорее всего, вблизи Кандагара или Газни. Можно также предположить, что кроме морпехов там будут особые отряды «охотников за головами» непокорных талибских лидеров.

Некоторый этап подъема американской военной активности в Афганистане, который наблюдается сегодня, вызван рядом политических причин. Вероятно, он продлится год или полтора, и если задачи будут в основном решены, в дальнейшем можно будет ожидать некоторого сокращения американских сил в стране. Стратегия США и НАТО в целом не предусматривает ухода из Афганистана в обозримом будущее, и мы полагаем, что и далее будут наблюдаться периодические увеличения и сокращения военного контингента.

Дмитрий Верхотуров, Афганистан.ру

Добавить комментарий

Защитный код